Важные новости

Сергей Куницын рассказал о Севастополе, дружбе с СБУ и милицией, отношениях с Саратовым и семейном бизнесе

06.05.2011  /  Категория: Политика  /  Тема: Интервью  /  10 комментариев


Дважды крымский премьер, губернатор Севастополя, постоянный представитель президента Украины в Крыму рассказал крымским журналистам, чем сейчас занимается и как живёт. Публикуем его интервью в сокращении.

Сергей Владимирович, не обидно было оказаться за бортом крымской политики?

Во-первых, я не за бортом крымской политики. Во-вторых, мне абсолютно не обидно. Я депутат Верховного Совета Крыма, и выборы выиграл не по партийным спискам, а в честной борьбе. Причем победил на своем округе в Красноперекопске с 20% отрывом, будучи в тяжелом состоянии, после очень тяжелой операции.

Я за 3,5 года перенес две очень сложные операции, и в прошлом году мой уход с поста представителя президента был связан больше со здоровьем, нежели с чем-либо другим. Я добровольно подал в отставку по состоянию здоровья, потому что после операции в Швейцарии я еще месяц лежал в реанимации здесь в «куйбышевке». Я практически был человеком, который не ходил, у меня были сложные операции по протезированию позвоночника, и я не в состоянии был работать. Период, который я сейчас проживаю, мне объективно нужен для того, чтобы встать на ноги.

Первая операция, которую сделали в Германии, была неудачной. Более того, мне в процессе протезирования позвоночника была нанесена травма, о которой врачи умолчали. И я почти 2,5 года жил в страшных муках, дикие боли не прекращались. Никто не мог определить, в чем причина. Вторая операция на 50% сняла эту проблему. На 100% она не будет снята, но для 80% нужно время. За то время, что я ушел с работы, я несколько раз побывал в санатории, полечился. Если бы я работал, я бы себя загнал. Надо было выбирать. Я человек верующий и Собором занимаюсь, и храм в Красноперекопске строю, поэтому думаю, что Господь так распорядился.

У меня сегодня очень активная жизнь. Я президент футбольного клуба «Таврия», это огромное хозяйство. У нас 140 работающих, 450 детей занимаются, мы выиграли кубок Украины, стремимся в Европу. Клуб развивается, есть перспектива. Плюс почти шеститысячная организация афганская. Мне жена уже говорит: не понимаю, премьером был, губернатором - дома не был, и сейчас то же самое.

А Вы вообще планируете в будущем возвращаться в большую политику?

Если честно, положа руку на сердце, то я сейчас перед собой никаких политических задач не ставлю. Я думаю, что еще рано делать какие-либо заявления. И рано, и бессмысленно, и, честно говоря, я никого дразнить не хочу. Придет время, будут выборы в украинский парламент, будем думать – участвовать или нет, как участвовать, где участвовать. Я по духу своему все равно остаюсь человеком президента, потому что я за Януковича и в 2004 году, возглавляя штаб, миллион голосов в копилку положил, и во втором туре результаты были в Севастополе на 40% лучше, да и по Крыму определенный вклад внес.

Сейчас настолько все шатко, настолько непредсказуемо. Есть как минимум год до парламентских выборов. Я уже был депутатом Украины первого созыва, поэтому скажу вам так: в определенной степени эти выборы я держу в уме, но мне надо поправить здоровье, чтобы я мог активно вести политическую деятельность.

Сегодня те, кто раньше считался вашей командой – Ковитиди, Лиев, Темиргалиев, Удовина – активно работают на действующую власть. Вы еще причисляете их к своей команде или они ушли в самостоятельное плавание делать собственную карьеру?

Кто-то говорит, что они предатели, кто-то говорит, что они штрейкбрехеры.

У меня за 22 года в политике столько было рядом со мной людей - кто уходил, кто-то приходил. Но костяк моей команды меня не предал и не предавал, и, я убежден, что не предаст. В первую очередь, это афганцы. Крымская организация самая сильная в Украине, и одна из сильнейших в бывшем Советском Союзе. Нас столько раз пытались раскачать, но никто нас раскачать не может, потому что мы объединены братством, кровью и гибелью друзей.

Есть такие люди, как Владимир Павлович Казарин, тот же Савенко, Кириленко, мужики с которыми я работал в Севастополе. В Севастополе у меня очень много друзей – генерал Фоменко, полковник Перминов. Это все афганцы, один был главой администрации, второй - начальник управления МЧС.

Есть друзья по жизни, есть школьные друзья, есть друзья по Афганистану. Я очень ценю дружбу духовную и человеческую с Лазарем, у меня великолепные отношения со многими священниками.

Очень много у меня футбольных друзей, потому что «Таврия» о себе заявила очень серьезно. Я ценю то, что у меня очень близкая дружба с Дмитрием Фирташем. Он не очень публичный человек, но меня с ним в свое время познакомил очень серьезный человек. И у нас благодаря ему (Фирташу – ред.) «Таврия» сегодня существует, и заводы работают  – и содовый, и «Титан». Кто бы что ни рассказывал, я могу сказать, что я очень ценю эти отношения, потому что они крепкие и надежные. 

Мне было очень приятно, что когда на 50 лет снимали фильм обо мне, Леонид Данилович Кучма в фильме сказал, что считает меня своим близким другом. Несмотря на то, что сегодня происходит с Леонидом Даниловичем и вокруг него, я могу сказать, что я горжусь тем, что этот человек меня назвал другом. Я считаю, что он колоссально много сделал для страны, и вся эта шумиха уляжется.

Я дружу с Русланом Аушевым, Борисом Всеволодовичем Громовым. Это величины. У меня много друзей России, во всем бывшем Советском Союзе. Я член «Боевого братства – без границ», организации, которая объединяет полтора миллиона участников локальных войн во всем бывшем Советском Союзе и Болгарии. Вот сейчас в мае будет заседание высшего совета, в него от каждой страны входит по три человека. А меня за то, что я достиг в жизни и за то у нас такая сильная организация и мы столько делаем для афганцев, в порядке исключения ввели в высший совет «Боевого братства» четвертым от Украины.

Сегодня жизнь такая, что каждому человеку надо где-то работать, как-то устраивать свою жизнь. Кого-то из перечисленных вами людей (я не буду даже называть их фамилии) я уже не считаю своими друзьями, потому что они выросли, на мой взгляд, раньше положенного благодаря мне. И из птенцов надо было превращаться в орлов, а они превратились в коршунов, забыли, кто их с руки кормил, кто растил. Ну, Бог им судья. Я абсолютно не хочу относить их к предателям или кому-то другому. Жизнь рассудит. Но для меня это не является потерей, потому что, как в афганской песне: «друг не тот, с кем распевают песни», а тот, кто поделится последним куском хлеба и в трудную минуту придет на помощь. Я помню, как в 2005-м, когда меня таскали по допросам, когда всех губернаторов сняли, а я остался один на всю Украину, жена мне рассказывала, как резко замолчали телефоны, и кто приходил, и кто звонил. Вот это настоящие друзья.

Прошел естественный отбор?

Да, самый настоящий естественный отбор. Я сегодня дружу с Александром Николаевичем Свиридоновым, генерал-лейтенантом, человеком, который был начальником ГУ СБУ в АРК, Николаем Петровичем Паламарчуком, генерал-полковником. Мы поддерживаем великолепные дружественные отношения.

 Где они сейчас?

Александр Николаевич на пенсии. Он был депутатом от «Блока Куницына», но блоки запретили. Если бы не запретили, я убежден, что мы набрали бы свой процент. Николай Петрович в Киеве, но мы дружим. Вот это настоящие друзья, это человечища.

Недавно с Александром Николаевичем Свиридоновым, генералом КГБ, потом СБУ, разговаривали. Сейчас же чернобыльская эпопея, кто-то на этом делает политику, кто-то себе удостоверения выписывает. А он мне сказал: «Я тоже три раза был в Чернобыле, сразу после взрыва (он тогда работал в Киеве), видел что и как было, но удостоверения не прошу».

Вот потеря дружбы таких людей, на мой взгляд, как вот Громов, Аушев, Свиридонов, Паламарчук, митрополит Лазарь, была бы трагична. Потому что если ты потеряешь дружбу с таким человеком, значит ты не прав, потому что они по своим морально-нравственным качествам люди высокого полета. А все остальные… ну, Бог им судья.

Следите за судьбой Александра Гресса, Андрея Малышева?

Я, естественно, поддерживаю отношения с семьями, с адвокатами. Чем могу – помогаю. И одному, и второму.

 Судов еще не было?

Суд по Малышеву только начинается, по Грессу уже были заседания. Знаете, в 2005 году очень много людей тоже похватали, посажали, в том числе и из моего правительства. Меня самого чуть не посадили, я на подписке был, на допросах и видел, кстати, как меняются люди, как становятся предателями, в том числе отдельные министры. И как потом через год, когда все дела были закрыты и судом подтверждена моя правота, как бледно и позорно выглядели эти люди, в том числе на очных ставках со мной, потому что я-то не сломался. Поэтому я вам могу сказать, что только суд вправе определить вину человека, а сейчас можно сколько угодно рассказывать.

А Вас по севастопольским делам правоохранители не трогают?

Я был несколько раз в Службе безопасности в качестве свидетеля по севастопольским каким-то уголовным делам. Я никогда никуда не прячусь. Я знаю, что моя совесть чиста, что я не подписал ни одного документа, который бы противоречил законодательству, а у человека (Саратова – ред.) на днях арестовали начальника управления транспорта администрации. При мне у него, когда он был главой горсовета, арестовали его ближайшего (говорят, даже родственника, не знаю) депутата, председателя земельной комиссии за взятку в 110 тыс. долларов, СБУ его задержала при получении 55 тыс. долларов. Плюс двумя решениями горсовета он (Саратов – ред.) отдал двум охотничьим хозяйствам 6 и 13 тыс. га на 25 лет. Общая площадь Севастополя – 80 тысяч га, а человек 20 тысяч га за копейки отдал двум охотничьим хозяйствам на 25 лет. Четверть Севастополя отдал за две копейки, а мне предъявляет претензии!

Вы знаете, что показательно? Я приезжаю в Севастополь…

Часто вообще бываете?

Не особо часто, но бываю, потому что влюбился в этот город. Я почти 100 млн собрал на Приморский бульвар, из них две трети - негосударственных денег. Мне тот же Громов помог, тот же Лужков, бизнесмены помогали, то есть сначала ты работаешь на авторитет, потом – авторитет на тебя. Это тот случай.

Я когда пришел, в городе было 1536 несанкционированных свалок, город утопал в грязи и мусоре. На субботники выходило 2 тысяч людей, а уходило 60 тысяч горожан из 400 тысяч, потому что видели, что власть занимается делом. Мы и памятник депортированным поставили, и дороги сделали…

Я приезжаю в Севастополь, прохожусь по Приморскому бульвару и еду в Гагаринский район, иду в парк Победы, который был загажен, там собаки бегали. И банковская академия – это самый современный вуз Европы, на ровном месте построенный. Когда Ющенко приехал, он просто в шоке был! Там можно проводить саммит Большой восьмерки. Такой построен вуз за миллиард! На ровном месте. И приведен в порядок парк, который был загажен.

Я всегда говорил севастопольцам, особенно этим властелинам: мало кричать «легендарный Севастополь» - надо что-то делать. Поэтому моя совесть чиста. Показатель для меня: я приезжаю в город, ко мне подходят простые люди и говорят: «Спасибо, Сергей Владимирович». Я ни от кого не прячусь, просто по улицам иду, по бульварам, и мне люди говорят: «Спасибо за то, что вы сделали». Один даже сказал: «Куницын после Сталина – второй руководитель города, который сделал столько, начиная от балаклавской развязки, арки, дороги, въезд и все остальное». Мне есть, что сказать людям. Даже в Интернете мне недавно какая-то женщина прислала сообщение: «Сергей Владимирович, гуляем с семьей по Приморскому бульвару, спасибо Вам за то, что Вы сделали. Христос воскрес!».

Скучаете вообще по работе в Севастополе?

Я ведь добился принятия двух указов президента, постановления Кабмина, был готов проект закона о создании в Севастополе свободной экономической зоны. Саратов взял и написал письмо Виктору Федоровичу, чтобы он это все отменил, потому что Саратов собрался вместе с Крымом делать свободную экономическую зону. Если вы заметили, о свободной экономической зоне чего-то в последнее время и в Крыму, и в Севастополе вообще разговоры прекратились. Я, вы знаете, создавал «Сиваш», я до сих пор являюсь президентом Ассоциации свободных экономических зоны Украины, я защищал кандидатскую диссертацию на эту тему, и лучше меня никто не знает этой ситуации. И Севастополю надо было сделать всего один шаг. Потому что из Севастополя сделать СЭЗ или Сингапур гораздо проще, чем из Крыма. Поэтому жалко, что ничего не делается, и люди это видят.

Город весь был в стройках, но никто ж не знал, откуда берутся деньги. В то время, когда Крым ничего не делал, Севастополь имел миллиарды. Я пришел - бюджет города был 500 млн, ушел – 1,3 млрд. Если взять Симферополь, который почти равен по населению, то бюджет Симферополя сегодня 530 млн. Вот и делайте выводы! Представьте, сколько на одного жителя вкладывалось денег, плюс привлеченные средства.

Мы сегодня даем «Севастополю» играть в Симферополе на стадионе «Таврии», в свое время «Севастополь» тоже «Таврию» выручил. И мне это лицемерие, когда сюда на футбол приезжает губернатор господин Саратов и говорит за меня тост: «Спасибо Вам, Сергей Владимирович, что Вы выручаете!», а потом появляются через неделю заявления о том, что мы всех посадим, тут все разворовала предыдущая власть. Я могу вам сказать, что с таким человеком даже здороваться не хочется.

Но Вам приходится с ним общаться?

Мы не общаемся, только на уровне «здравствуйте». А что общаться? Я просто считаю, что это такой мелкий политический деятель, человек, который всю свою жизнь проработал в партийных органах, гвоздя не забил, и политически, скажем так, яблоко гнилое.

Кстати, когда его назначали, президент ему сказал при мне (нас семерых назначали): вот шестерым новым губернаторам достаются области в тяжелейшем состоянии, тебе Куницын оставляет игрушку, у него хорошая команда, город приведен в порядок, в него вложены миллиарды. Это не я сказал, это сказал президент. И он ему сказал: если ты ухудшишь все это дело, то я оставляю за собой право с тебя спросить вплоть до...

И я сегодня вижу, что человек за год не построил ни одного объекта… Я меньше чем за 4 года привел в город 4 миллиарда гривен, реконструировал исторический центр, построил на 200 миллионов дорог, когда они нигде не строились, Приморский бульвар, Матросский бульвар, памятник солдату и матросу, банковская академия... При моем непосредственном участии ФК «Севастополь» вышел в первую высшую Премьер-лигу, я нашел спонсора футбольному клубу «Севастополь», который сегодня строит стадион и содержит команду Премьер-лиги впервые в истории. А этот человек занимается тем, что достает уже не три этих конверта из анекдота, что все виноваты, кто был до меня, а у него: вот до меня были, все развалили, все украли. Но люди-то не дураки...

Закончилась ли история с изъятием налоговиками документов и компьютеров из офиса «Таврии»?

Да, история закончилась, разобрались во всем. Я признателен руководству налоговой милиции и администрации Крыма. Там, собственно говоря, не в нас было дело. Мы же работаем со многими банками и фирмами. Налоговики накрыли какую-то контору, с которой сотрудничали около 300 коммерческих структур, в том числе и СК «Таврия». Поэтому и произошла эта ситуация с изъятием.

Я, честно говоря, даже не знаю, что это за фирма, потому что являюсь почетным президентом и не подписываю никакие документы, не несу никакой ответственности за финансовую деятельность. Я несу ответственность моральную, я тяну этот груз, он очень тяжелый в материальном, и в моральном плане: выигрываешь – хорошо, а проиграл… Как Блохин говорил в советские времена: за «Динамо-Киев» или сборную выиграешь матч – голову на руках носят, проиграешь - борщ на голову выльют. Так и тут.

Мы урегулировали эту ситуацию, все возвратили. У нас уже прошла плановая проверка налоговой администрацией, в спокойном режиме. Были некоторые замечания, как у любой работающей организации, мы их устранили.

У «Таврии» какие планы на этот год?

Мы хотим занять шестое место, которое дает право играть в Лиге Европы. До новых учредителей команда была 12-13-14-й, 10-й. С 1992 года, когда стала первым чемпионом Украины, а потом в 1995-м попала в финал Кубка, но проиграла «Черноморцу», «Таврия» ничего не выигрывала, она всегда болталась внизу в зоне вылета. За эти шесть лет команда дважды была пятой, дважды шестой и один раз седьмой, выиграла Кубок Украины впервые за 20 лет. Только три клуба – «Шахтер», «Динамо-Киев» и «Таврия» – выиграли чемпионство и кубок. Ни «Днепр», ни «Металлист» – никто не смог этого сделать. При этом нам не равняться по возможностям ни с «Металлистом», ни с «Днепром», ни с донецким «Металлургом».

Вот сейчас, кстати, проходила акция «Успех года». Я удивился, почему никто не отметил успех «Таврии», потому что такие успехи бывают раз в двадцать лет. У меня нет обид, но футбол – это игра миллиардов. У нас «Евро-2012» на носу, президент лично занимается этими вопросами, вся страна готовится к «Евро»… У меня такое впечатление складывается, что существует политическая ревность, и если бы там не было фамилии Куницын, я убежден, что «Таврия» попала бы в «Успех года», а так… Я думаю, нельзя таким образом действовать на межличностных отношениях. Мы возили в полуфинал в Волынь 2 тысячи болельщиков, 4 тысячи – на финал в Харьков. Какой был праздник! А какой праздник устроил потом Дмитрий Васильевич Фирташ, какой был шикарный концерт, который транслировался на весь Крым, как праздновали люди, как радовались!

Сейчас 5-6-е место уже твердо наше, и мы проговариваем возможность реконструкции стадиона, строительства современного европейского крытого стадиона (на реконструкцию уйдет год-два, это время команда может поиграть на «ИгроСервисе»), создания своей детской академии по типу «Шахтера».

Для начала надо побороться за бронзовые медали, еще раз побороться за Кубок, потому что сложно с «Шахтером» за чемпионство бороться, это пока нереальная ситуация.

Футбол – это больше, чем политика. Поэтому, когда вы спрашиваете, участвую ли я в политике, посмотрите, какая борьба развернулась вокруг Суркиса, сколько было сломано копий, а я президент клуба и президент Федерации футбола. Ну как ты от этой чертовой политики уйдешь? (смеется)

Одно время среди футболистов ходили разговоры, что им задерживают зарплату. Как обстоят дела сейчас?

Прежде чем начать чемпионат, каждый футболист пишет, что ему клуб не должен. У нас все футболисты написали. У нас были сложные времена. Перед тем, как мы выиграли кубок, у нас были серьезные проблемы с зарплатой, потому что мы налогов платим только 4 млн грн здесь в Симферополе. Мы один из самых крупных плательщиков налогов. Я даже с мэром Агеевым говорил, раньше – с Бабенко, и Константинову Владимиру Андреевичу: елки-палки, у нас 450 детей, 150 сотрудников, мы содержим такую махину, базу в Почтовом выкупили несколько лет назад за миллион долларов, у нас огромное хозяйство. И когда со стороны ул. Пушкина мы видим этот страшный рынок, с этим надо что-то делать. Там надо заасфальтировать дорогу, навести порядок. Ну не дураки же придумывали площадь перед стадионом со стороны Центрального рынка и здесь подъезд с этой стороны. А сегодня там ни проехать, ни пройти. Во время футбольных матчей, не дай Богу, постучу по дереву, на стадионе что-то случится, народ просто снесет все это, и могут быть проблемы. Был постсоветский период, когда этих рынков плодилось сколько угодно, но в этом плане уже надо наводить порядок.

Чем занимаетесь в свободное время?

Я сейчас освоил компьютер, занимаюсь английским языком, занимаюсь диссертацией. Слава Богу, детям, внучке уделяю внимание. Сейчас наверстываю то, что семье не отдал. Я могу вечером с сыном посмотреть футбол, поговорить с дочерью, поиграть с внучкой. У меня этого просто не было.

21 год я как будто был в каком-то сумасшедшем доме. Куда-то бежал, что-то крутилось, какие-то проблемы, день и ночь ждешь, что тебе позвонят, что где-то что-то случилось, где-то нет воды, света. Все-таки 21 год быть первым руководителем, 6 лет премьером, 4 года губернатором, 4 года депутатом, 8 лет мэром Красноперекопска, главой администрации экономической зоны «Сиваш», четвертый раз депутат Верховного Совета Крыма… Это выше крыши!

Ваша дочь Наталья чем сейчас занимается, свою карьеру связывает с телевидением?

Она по-прежнему поет, и ей нравится работа на телевидении. Она у нас школу с золотой медалью окончила, юридическую академию - с красным дипломом, работа юриста ее тоже прельщает. Но то, что она делает на телевидении, я вижу, что ей нравится. Возможно новое развитие ее телевизионной деятельности, есть мысли на этот счет.

А с чем свое будущее связывает Алексей?

Ему в этом году 20 лет, он назван в честь моего друга, погибшего в Афганистане. Алексей заканчивает третий курс Таврического университета на менеджера. Я очень доволен сыном, потому что он день и ночь занимается спортом, недавно завоевал серебряную медаль на чемпионате Крыма по кикбоксингу. Играет в дубле «Таврии», закончил школу «Таврии». Я не ставлю задачу, чтобы сын стал профессиональным футболистом или боксером, но для меня важно, что он не выкурил ни одной сигареты и не попробовал ни глотка спиртного. Он вращается в спортивной, здоровой среде, учится в университете и взрослеет с каждым днем. Я ему говорю: мужчина должен всегда за себя постоять, защитить девушку, - и он это уже способен сделать. У него удар сильнее, чем у меня (смеется). Он тонну выбивает кулаком. То есть здоровый, крепкий парень, рост 191 см. Организованный, у него все расписано: спорт, институт, бокс, футбол, учеба.

А ваша супруга чем сейчас занимается?

Руководит медиа-холдингом, в который входят «Неаполь» и «Лидер». Я очень благодарен жене и как человеку, и как другу, потому что она со мной провела все время и в больницах, когда я 4 месяца практически не ходил, и на всех операциях, она всегда была рядом. Она святой человек, ей памятник надо поставить. Она столько со мной пережила и после Афганистана, когда я пришел, и сейчас. Я в силу серьезности болезни был не в состоянии управлять, в том числе медийными процессами. Она очень организованный и справедливый в этом плане человек и по отношению к себе, и к людям. Она навела порядок и занимается развитием холдинга, «Неаполь» прогрессирует, радио тоже. Ей это нравится, она научилась это делать.