Важные новости

Дело об убийстве офицеров городовым

01.06.2016  /  Категория: Тайны Севастополя  /  0 комментариев


16 декабря 1908 года в военно-окружном суде Севастополя слушалось скандальное дело об убийстве городовым Фурманом офицеров Диомидова и Алейникова. Эта кровавая драма, разыгравшаяся в центре города, на глазах громадной толпы, вызвала, как известно, специальное расследование, произведённое генерал-адъютантом Пантелеевым, Высочайше командированным в Одессу.

По особому ходатайству местных властей, настоящее дело слушается при открытых дверях, чтобы дать возможность обществу познакомиться со всеми подробностями печального события. Свидетель, офицер Дашкин рассказывает, что в тот день завязалась потасовка между студентом и каким-то евреем, которую и хотели предотвратить погибшие военные. Публика обратилась к городовому Скалковичу. Однако Дашкин заявляет, что городов был груб, не отдал чести, держался вызывающе.

- Я дал ему в физиономию несколько раз, но он продолжал грубить.

Свидетель сознаётся, что пришёл в ярость и, потеряв самообладание, продолжал бить по лицу городового. Когда тот вынул револьвер, Дашкин крикнул: «Стреляй, мерзавец!»

- Никто из офицеров шашек не обнажал.

Скалкович пытался скрыться, подавая свистки. Преследуя городового, чтобы узнать его номер, свидетель в толпе услышал выстрелы. Люди кричали: «Стреляй в офицеров». У Дашкина оказались прострелянными шинель и мундир. Городовой заявляет суду, что офицеры плохо себя вели.

- Когда я подошёл и вежливо попросил разойтись, при этом, отдав честь, они стали бить меня, шашки вынули. Фурман вырвал меня от офицера и сам стал стрелять.

Скалкович рассказывает, что был приказ начальства – стрелять без предупреждения, если толпа не подчиняется.

- Нас учили тому, что если мы не стреляем, тогда придётся отвечать.

Судья спрашивает:

- А по отношению к офицерам не делали исключений?

- Мы обязаны стрелять без разбора в каждого нападающего.

- И в пьяных?

- Нужно сообразоваться самому.

Ряд свидетелей удостоверяют, что офицеры действительно не доставали шашек, но когда Фурман вынул револьвер, то военные закричали: «Мы тебя зарубим!» Более активную роль в этом играл Дашкин, а погибший Диомидов наоборот сдерживал товарищей.

Защита путём перекрёстного допроса пытается доказать наличность необходимости самообороны. Отдал ли Скалкович честь офицерам, этого с точностью установить не удалось. Подсудимый Фурман заявляет: «Услышав тревожные свистки, я был убеждён, что ловят «налётчиков», и приготовился стрелять». Свидетельница – «союзница» Казакова отметила, в свою очередь, что Фурман недружелюбно относился к «Союзу русского народа». Кто-то слышал, будто обвиняемый после убийства говорил, мол будет награждён ещё, другой же наоборот утверждает, что был свидетелем, когда Фурман говорил: «Теперь мне остаётся застрелиться».

Наталья Мартынова

По материалам Севастопольского государственного архива

Новости Севастополя

Справка:

Городовой - низший чин полицейской стражи в столичных, губернских и уездных городах (городской полиции) в Российской империи с 1862 по 1917 год.Городовой - низший чин полицейской стражи в столичных, губернских и уездных городах (городской полиции) в Российской империи с 1862 по 1917 год.

Слово было создано как прямая калька c др.-греч. «πολιτεία» (общество, город, должностное лицо в оном) - минуя европейское «полицейский» или английское «полисмен».

Все чины столичной полиции и полиции Москвы, в том числе и городовые, носили форму чёрного цвета, а полиции других городов — зелёного. Погончики (контр-погоны) городовых шились из чёрного сукна с оранжевым кантом, а поверх них находились плечевые шнуры из оранжевого шнура с посеребренными гомбочками, число которых зависело от оклада:

городовым высшего оклада — три гомбочки;

городовым среднего оклада — две гомбочки;

городовым низшего оклада — одна гомбочка.

Городовые носили зимой:

шинель, из тёмно-серого сукна солдатского образца, с застежкой на крючках, на воротник нашивалось по одной петлице из тёмно-зелёного сукна, окаймлённой оранжевым кантом, на петлицах светлая металлическая пуговица с двуглавым орлом, плечевые знаки как на кафтане;

чёрную мерлушковую круглую шапку с чёрным суконным донцем, красными кантами крест-накрест и по окружности, на шапке крепилась металлическая никелированная круглая бляха. На бляхе был пробит номер данного городового. Над ленточкой — герб губернии (города);

мундир.

Летом:

чёрную шапку с черным лаковым (лакированным) козырьком «офицерского образца» (фуражку) с тремя красными кантами (два по околышу, один на тулье), без подбородочного ремешка. Летом на тулью надевался светлый коломянковый чехол. На тулье фуражки также крепилась металлическая никелированная круглая бляха с острыми концами. На бляхе пробит номер данного городового. Над ленточкой — герб губернии (города);

мундир.

Для защиты от дождя и непогоды разрешалось носить капюшоны из непромокаемой материи чёрного цвета.