Важные новости

Античный символ Балаклавы

02.04.2014  /  Категория: Общество  /  0 комментариев


мыс Айя, Крым
"Загадка, преподнесенная античными географами, до сих пор дышит жгучей тайной и окутана морским туманом над одним из скалистых мысов Южнобережья. Где находился Криуметопон - легендарный Бараний Лоб древнегреческих и римских географов?" - так написал Владлен Авинда в одном из своих поэтических путеводителей по Крыму. Действительно, мы до сих пор точно не знаем местонахождения этого мыса - главного ориентира древних мореходов на их пути к берегам Тавриды. Среди претендентов на эту роль есть и мыс в окрестностях Балаклавы.

Название мыса Криуметопон (в переводе с греческого криос - "баран", метоп - "лоб" и мужское окончание "он") пришло в морские лоции из древнегреческого мифа об аргонавтах. Именно на нем отдыхал златорунный баран, который нес царского сына Фрикса в далекую Колхиду. О мысе в своих периплах (описаниях морских плаваний вдоль берегов) сообщали в разное время немало античных авторов. Однако определить по их описаниям местонахождение Криуметопона крайне сложно. Одни указывали расстояние до него в шагах, другие - в стадиях и даже днях пути, что окончательно запутало исследователей.

Может быть, поэтому первые путешественники, начавшие приезжать в Крым в XVIII в., уже после его присоединения к России, не затрудняли себя расчетами, а искали Криуметопон чисто визуально. И первыми на контуры бараньего лба стали претендовать покатые склоны горы Аю-Даг, далеко выступающей в море. Горе вообще повезло на зоологические названия. Генуэзские моряки называли ее Верблюдом (Camello), а другое название - Медведь-гора - дошло до наших дней. С моря Аю-Даг виден издалека, за десятки километров, и хорошо выделяется среди других крымских мысов. Но внешнего соответствия оказалось маловато, поэтому пришлось переводить шаги и стадии в километры.

В "Перипле Понта Эвксинского" (134 г. н.э.) Арриана Флавия сообщается: "От Лампады до высокой горы Бараньего Лба, мыса Таврической земли, 220 стадиев, 29,3 мили... От Бараньего Лба до таврической же гавани Символа, называемой также гаванью Символов, 300 стадиев, 40 миль; здесь спокойная гавань. От гавани Символа до города Херсонеса Таврической земли, колонизированного понтийскими гераклеотами, 180 стадиев, 24 мили; здесь пристань и хорошие гавани".

Ученый Л. В. Фирсов перевел стадии в километры, и оказалось, что расстояние от Бараньего Лба до античного порта Лампады (располагался между горами Кастель и Аю-Даг), равняется 35 км. А расстояние от Бараньего Лба до гавани Символов (Балаклавская бухта) - около 48 км. Сопоставив эти расстояния с картой, Фирсов пришел к выводу, что древний Криуметопон - это мыс Ай-Тодор в районе поселка Гаспра. Сегодня в его восточной части располагается главная крымская достопримечательность - "Ласточкино гнездо".

В отрывке из перипла упоминается античное название Балаклавской бухты - Симболон-Лимне, которое обычно переводят как "бухта символов, бухта предзнаменований". Но каких именно символов и предзнаменований? Известный краевед XIX в. М. А. Сосногорова упоминает о некоем сооружении, которое еще в 1842 г. находилось у моря в Мухалатке. Оно представляло собой неправильную пирамиду, сложенную из громадных камней, верхняя часть которой образовывала площадку. Высота этой постройки, уже основательно размытой морем, была около 4 м. По мнению Сосногоровой, площадка наверху служила для разведения огня наподобие маяка. Было такое сооружение и в окрестностях Балаклавской бухты.

Из древних источников известно, что тавры занимались прибрежным пиратством. Знаменитый греческий географ и историк Страбон (I в. н.э.) писал о Балаклавской бухте как о гавани "с узким входом, где тавры (скифское племя) обычно собирали свои разбойничьи банды, нападая на тех, кто спасался сюда бегством". Сигнальный огонь такого простейшего маячного устройства привлекал мореплавателей к скалистым берегам, где они и находили свою гибель, а тавры - добычу. Подобный грабеж в 49 г. н.э. был отмечен даже в "Анналах" римского историка Тацита.

В переводе с греческого симболон - "условный знак, сигнал". И древние мореходы дали это название бухте, в окрестностях которой они видели горящие таврские "маяки". Поэтому точнее переводить Симболон-Лимне все-таки как "сигнальная гавань".

Именно М. А. Сосногорова предположила, что Криуметопоном мог быть мыс Айя, расположенный к востоку от Балаклавы. "Мыс Криуметопон назывался греками также мысом Таврии, - писала она в своей работе "Мегалитические памятники в Крыму" (1875). - В Крыму много выдающихся в море мысов, но только один Криуметопон называли мысом Таврии, следовательно, он был самым высоким и заметным с моря издали мысом. А вот мыс Ай-Тодор лежит довольно низко над уровнем моря, вид его совсем не напоминает бараний лоб. Он также не имеет около своих утесов опасных течений, и с моря его видно не особенно далеко. Мыс Айя, который, мне кажется, вправе принять за Криуметопон, виден с моря на шестьдесят миль расстояния со своими обрывистыми утесами и величественным видом и гораздо скорее мог быть назван мысом Таврии, а своей обнаженной скалой, тупо глядящей в волны, гораздо более походит на Криуметопон..."

Окончательно запутал поиски мыса все тот же Страбон. "Перед таврическим побережьем находится мыс, далеко выдающийся в море на юг, в сторону Пафлагонии и города Амастриды, под названием Криуметопон, - писал он в своем капитальном труде "География". - Против него мыс пафлогонцев - Карамбий (ныне турецкий мыс Керемпе. - Авт.), который делит Понт Эвксинский на два моря сжатым с обеих сторон проливом. От города херсонесцев Карамбий находится в 2500 стадиях, а от Криуметопона - гораздо ближе. Во всяком случае многие мореходы, которые проходили по этому проливу, говорят, что одновременно видели оба мыса на обеих сторонах".

Получается, что Криуметопон должен был быть виден далеко с моря, с расстояния более чем в 100 км (минимальное расстояние между крымским и турецким берегом - 263 км). Однако такого высокого мыса в Крыму нет!

Крымские ученые Александр и Андрей Ена считают, что подплывающие к таврическим берегам мореходы видели сначала горы, а уже затем какой-то конкретный мыс, лежащий у их подножия. "Маловероятно, что мореплаватели древности ориентировались исключительно по мысам и совершенно игнорировали приметные, легко узнаваемые высокие горы, высота которых в 3-20 раз превышает высоту любого крымского мыса, - пишут они в книге "Лоция Крыма". - Да и с большого расстояния первыми ориентирами, которые видит мореплаватель, являются вовсе не мысы, а вершины гор... Анатолийский мыс Керемпе на самом деле также не слишком бросается в глаза, моряки чаще узнают его по отрогу высокой горы с приметным пиком, у подножия которой он лежит".

По мнению этих ученых, корона горы Ай-Петри (1234 м) идеально подходит на роль рогатой части лба барана. А прибрежным завершением горы является мыс Ай-Тодор.

Однако права и М. А. Сосногорова. Первоначально древнегреческие мореходы попадали к крымским берегам с запада, идя после Бофора вдоль нынешних болгарских и румынских берегов. Поэтому для них главными ориентирами были мыс Айя и его вершина гора Кокия-Кая (559 м), внушительно смотрящийся со стороны Балаклавы. Именно он и стал для них Криуметопоном, тем более, что с этой точки мыс действительно похож на бараний лоб. Затем, когда корабли, используя своеобразие крымских течений, стали плыть в Тавриду с малоазийского побережья, мысом Криуметопоном стала гора Ай-Петри с мысом Ай-Тодор, которая первой появлялась со стороны Крыма. Так же считали и те, кто шел в Херсонес с востока, от кавказских берегов: приметным прибрежным ориентиром у "рогатой горы" Ай-Петри был мыс Ай-Тодор, возможно, с этой стороны также имевший сходство с головой барана.

Авторы "Лоции Крыма" и сами пишут, "что античные географы называли Бараньим Лбом два различных мыса: одни - мыс Сарыч, другие - мыс Ай-Тодор. Впрочем, мыс Сарыч ввиду своей малой приметности, скорее всего, отпадает". Уточним: не отпадает, а его следует заменить расположенным поблизости мысом Айя.

Римский ученый Плиний Старший в "Естественной истории" сообщает, что Феодосия находится в 135000 шагов от Криуметопона и в 145000 шагов от Херсонеса. Значит, расстояние от Херсонеса до мыса составляет всего 10000 шагов. В античные времена под единицей измерения "шаг" подразумевали двойной шаг, равный 1,48 м. Получается, что Бараний Лоб расположен в 15 км к востоку от Херсонеса. Приблизительно на этом расстоянии находятся только два заметных мыса - Феолент и Айя. Поэтому, учитывая, что, по мнению ученых, древние греки делали свои измерения весьма небрежно, можно с большой вероятностью утверждать, что Криуметопоном для древнегреческих мореплавателей VI-IV вв. до н.э. был именно мыс Айя.

Его появление было не только знаком, символом, но и предзнаменованием (сюмболос - "знамение, попавшийся навстречу") и даже предостережением. Балаклавскую бухту, как и все Крымское побережье, занимали тавры, не любившие чужеземцев, и Черное море еще не стало для греков Понтом Эвксинским - гостеприимным морем.

"Мыс Айя - последняя ступень земли - краснел в пене и облачном дыму, - писал К.Г. Паустовский. - За ним кончался мир, за ним плясали волны и дельфины и дул, припадая к воде, разгонистый ветер".

За ним была Таврида.

А. Шипенко,
краевед,